Программа
Петр Чайковский (1840-1893)
Симфония № 5 ми минор, ор. 64 (1888)
Andante — Allegro con anima
Andante cantabile, con alcuna licenza
Valse. Allegro moderato
Finale. Andante maestoso — Allegro vivace
Иоганнес Брамс (1833-1897)
Концерт для фортепиано с оркестром № 2 си-бемоль мажор, оp. 83 (1878-1881)
Allegro non troppo
Allegro appassionato
Andante
Allegretto grazioso
Un poco più presto
Исполнители:
Оркестр musicAeterna
Дирижер Теодор Курентзис
Подробнее
В концертной программе Теодора Курентзиса и оркестра musicAeterna Петр Чайковский встретится с Иоганнесом Брамсом, почти как полтора столетия назад. В 1888 году в Лейпциге Брамс побывал на репетиции Пятой симфонии Чайковского под управлением автора, а потом два композитора провели вместе приятный вечер. «Он милый и не такой гордый, как я воображал, мне нравится его открытость и простота», — писал Чайковский о Брамсе. Не каждому везло узнать этого острого на язык интроверта с такой мягкой стороны.
Творчество друг друга Брамс и Чайковский так и не полюбили. Но вот парадокс: по прошествии времени в их музыке, столь разной с их собственной точки зрения, все более явной становится схожесть. Оркестр и русского, и немецкого композиторов — выразительный, а не изобразительный, тембровые краски и яркие эффекты для них — средство, а не цель. Оба развивали традиции классического симфонизма вопреки современной им «моде» на ниспровержение канонов. Оба — блистательные мелодисты. Оба с любовью относились к бытовым жанрам, от венского вальса до венгерских или русских танцев. Наконец, и Чайковский, и Брамс — мастера музыкальной меланхолии, то доведенной до трагического накала, то мягко просвечивающей сквозь самые светлые и жизнерадостные страницы их партитур.
Пятая симфония Петра Чайковского — образец подобного хода мысли. В ее основе — тема-лейтмотив всего творчества композитора: человек перед лицом неумолимой судьбы и неизбежной смерти. «Тема судьбы» получает музыкальное воплощение в траурной интродукции, а затем проходит лейтмотивом сквозь все части цикла, является в разных обличьях и в упоительно мелодичном Andante cantabile, и в прихотливом вальсе третьей части, и, конечно, в финале. Сокрушительно победное, мажорное звучание «темы судьбы» в конце симфонии уже более столетия интерпретируется двояко — то как победа человека над роком, то как торжество непобедимого фатума.
Второй фортепианный концерт Брамс окончил семью годами ранее, в 1881-м. Это своего рода четырехчастная симфония с солирующим фортепиано, эпическая по размаху и содержанию, охватывающему едва ли не все эмоциональные состояния человека. В концерте находится место и пейзажной картинности, и пронзительной патетике, и венгерским мотивам. А лирический центр произведения — третья часть Andante — начинается с мелодии, повторяющей тему романса под названием «Тоска по смерти» (ор. 86), изданного Брамсом одновременно со Вторым фортепианным концертом.