Я родился в семье музыкантов: папа — кларнетист, мама — теоретик. Отец руководил детским духовым оркестром, который активно гастролировал по Советскому Союзу, и мой путь в музыку начался с желания играть в этом коллективе и путешествовать вместе с ним. Я всегда хотел играть на трубе. Отец настоял, чтобы я начал с занятий на альте, и только через год я переключился на трубу.

С Теодором мы познакомились в консерватории Санкт-Петербурга, еще когда были студентами. Позже, когда я заканчивал Высшую школу музыки в Германии, мне в Гамбург позвонил Теодор и предложил присоединиться к его оркестру в Новосибирске. Тогда в musicAeterna были преимущественно струнники, духовиков только двое, а всего в коллективе было человек двадцать пять.

Мне кажется, гений Теодора заключается в его способности убедительно передать каждому музыканту свою дирижерскую идею. Результат, которого мы достигаем многочасовой скрупулезной работой, окончательно убеждает, что к совершенству можно и даже нужно стремиться. Теодор это называет «бескомпромиссный вариант». Я счастлив работать с таким оркестром и таким дирижером. musicAeterna — уникальный коллектив, можно сказать — семья. Уровень, которого мы достигли за эти годы, поражает не только музыкантов, но и зрителей в любой точке мира.

Я не считаю себя солистом, но есть некоторые сочинения, которые я бы хотел исполнить с оркестром. Например, соло трубы из фильма «Три товарища». В составе оркестра я хотел бы сыграть Седьмую симфонию Малера. Ее мы еще не играли с musicAeterna, а она крайне интересная по составу и характеру.

На гастролях я обожаю ходить по музеям. В моей копилке есть большинство самых крупных музеев мира: Прадо, Лувр, Метрополитен, национальные галереи разных стран. Особенно люблю Русский музей. Из каждого музея стараюсь привезти по альбому, чтобы мои дети тоже приобщались к искусству и развивали свой вкус вместе со мной.

Я бы хотел заняться живописью серьезно, когда будет больше свободного времени. Сейчас я неплохо рисую, но не маслом — хотелось бы научиться именно этой технике. Меня вдохновляют работы «мастеров света» Куинджи и Айвазовского, люблю живопись 18 века, а вот импрессионизмом пресытился. Стремлюсь находить менее известных художников, которые жили и творили в одно время с великими. Уверен: как и в случае, например, с малоизвестной музыкой Сальери, который жил и творил во времена Моцарта, такие мастера могут быть недооценены.

У меня трое детей. Все свободное время я стараюсь проводить с ними. Мой сын занимается футболом, мы вместе болеем за «Зенит». А в хоккее — за «Магнитогорский Металлург», лучшую хоккейную команду. Младшая дочка занимается конным спортом, езжу с ней на тренировки и помогаю в занятиях музыкой — она играет на фортепиано. Старшая дочь учится на дизайнера, и мы частенько обсуждаем с ней все, что связано с изобразительным искусством и миром дизайна. Общение с детьми, их интересы, качественное совместное времяпрепровождение требует внимания и сил, и я счастлив, что мне удается найти время для этого.

Мой вкус в музыке часто меняется, константой остаются оркестровые записи шедевров, брасс-ансамбли и голливудская киномузыка. В кино часто можно услышать необычное звучание медных духовых. К примеру, в фильмах Тарантино «Криминальное чтиво» и «Убить Билла» есть мощные соло трубы. В моем плейлисте есть джазовые исполнители. Особенно люблю записи Грегори Портера. А из оркестровых солистов — моего профессора Матиаса Хёфса. Наша многолетняя дружба продолжается со времен моего обучения в Гамбурге до сегодняшнего дня. Матиас — мой кумир: он виртуозный музыкант, интеллигент, прекрасный семьянин и просто очень хороший человек, у которого я научился многому и с которого продолжаю брать пример.