Программа
Шарль Кёклен (1867–1950)
Соната для флейты и фортепиано, op. 52 (1911–1913)
Adagio molto tranquillo
Allegretto très modéré mais sans traîner (mouvment de sicilienne)
Final. Animé et gai
Сонатина для флейты соло № 2, ор. 184 (1942)
Lento
Allegretto tranquillo
Finale: Allegro vivo
Эдгар Варез (1883–1965)
Density 21.5 | «Плотность 21.5» для флейты соло (1936)
Александр Скрябин (1872–1915)
Соната для фортепиано № 5 фа-диез мажор, op. 53 (1907)
Allegro – Impetuoso – Con stravaganza
Дариюс Мийо (1892–1974)
Сонатина для флейты и фортепиано, op. 76 (1922)
Tendre
Souple
Clair
Уолтер Пистон (1894–1976)
Соната для флейты и фортепиано (1930)
Allegro moderato e con grazia
Adagio
Allegro vivace
Исполнители:
Анна Комарова, флейта
Андрей Бараненко, фортепиано
Подробнее
Ни одно течение в искусстве не возникает ниоткуда и не существует в культурном вакууме. Программа солистов musicAeterna, флейтистки Анны Комаровой и пианиста Андрея Бараненко, демонстрирует, в каком окружении рождался и развивался музыкальный «первый авангард» XX века, из каких звуковых миров он вырастал и в каких – отзывался эхом.
Иконический образец итало-американского авангарда – произведение Эдгара Вареза Density 21.5 для флейты соло – становится своего рода камертоном, по которому можно настроить слух. Если счесть это четырехминутное исследование обертонового ряда и тембровых возможностей инструмента точкой обратного отсчета, то музыка, написанная в разных странах преимущественно ранее этого маленького шедевра, то есть до 1936 года, обретет особую перспективу.
Так, флейтовые сочинения Шарля Кёклена – соратника и друга Равеля и Форе, учителя Пуленка – проявляют особую свободу в обращении с тембром инструмента, традиционной тональностью и классическими формами. Сонатина Дариюса Мийо с ее джазовой интерваликой, воспринимавшаяся в свое время как авангардная, звучит мягким и чуть ироничным комментарием к классико-романтическим слуховым и композиционным привычкам своего времени. Соната американца Уолтера Пистона отражает бурные поиски новых средств выразительности на пути от неоклассицизма к авангарду.
Наконец, противовесом сочинению Эдгара Вареза, вторым центром тяжести программы становится Пятая фортепианная соната Александра Скрябина. В произведении, написанном сразу по окончании «Поэмы экстаза» в 1907 году, русский визионер-космист достиг пределов своего уникального языка, стремясь буквально ворваться в будущее. В стихотворном эпиграфе к сонате он так и написал: «Я к жизни призываю вас, скрытые стремленья / Вы, утонувшие в темных глубинах духа творящего, / Вы, боязливые жизни зародыши, / Вам дерзновенье я приношу!».